Главная / Публикации в СМИ / Запрос и этика: как соблюсти баланс
Задать вопрос
опубликовано:

Запрос и этика: как соблюсти баланс

Экономика и жизнь Юрист, №19/05.2017 www.eg-online.ru

Не секрет, что в настоящее время адвокаты активно получают различную информацию, необходимую для осуществления их профессиональной деятельности. С июня 2016 года право на адвокатский запрос закреплено ст. 6.1 Федерального закона от 31.05.2002 No 63-ФЗ «Об адвокатской деятельнос­ти и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности).

В настоящее время ответ на такой запрос является обязательным, кроме того, ст. 5.39 КоАП РФ предусмотрена ответственность за несвоевременный ответ на адвокатский запрос либо за отказ от ответа.

До июня 2016 года возможность получения такой информации существовала благодаря п. 3 ст. 6 Закона об адвокатской деятельности, однако ответ на запрос не носил обязательного характера.

Адвокаты активно использовали адвокатские запросы и ранее. Правда, в Законе СССР от 30.11.1979 «Об адвокатуре в СССР», а затем и в Положении об адвокатуре РСФСР, утв. Законом РСФСР от 20.11.1980, понятие «адвокатский запрос» не использовалось, там говорилось лишь о возможности получения справок, документов, связанных с оказанием юридической помощи.

С недавнего времени Приказом Минюста России от 14.12.2016 No 288 утверждены Требования к адвокатскому запросу, а также форма запроса, которую рекомендуется использовать адвокатам. Как мы видим, государство решило, с одной стороны, усилить адвокатские позиции, с другой стороны, ограничить адвокатов определенными рамками.

Конечно же, многим адвокатам пришлись не по душе изменения, устанавливающие обязательные требования к адвокатскому запросу. Во-первых, наличие требований к адвокатскому запросу сопряжено с дополнительными временными затратами адвоката, связанными с подготовкой адвокатского запроса. Во-вторых, многим адвокатам не хотелось бы раскрывать имена доверителей. В-третьих, не все доверители хотели бы раскрывать свое имя до начала обращения в суд или иные органы.

Следствием такого несогласия стали попытки адвокатов признать недействующими ряд требований, предъявляемых к адвокатскому запросу. В частности, такие попытки предпринимались И. Морохиным, А. Суховеевым, А. Стрижаком из кемеровской коллегии адвокатов. В ближайшее время ВС РФ рассмотрит аналогичный иск, предъявленный А. Николаевым и И. Павловым.

Заявители полагают, что подп. 5, 11 и 12 п. 5 Требований к адвокатскому запросу, утвержденных Приказом Минюста России от 14.12.2016 No 288, являются недействительными в силу своего противоречия федеральному законодательству. Основным доводом адвокатов является ссылка на принцип адвокатской тайны, закрепленный в ст. 8 Закона об адвокатской деятельности.По мнению заявителей, направление адвокатского запроса, в соответствии с установленными требованиями, влечет необходимость нарушения адвокатской тайны, что является недопустимым. При этом ст. 17 Закона об адвокатской деятельности в качестве основания для досрочного прекращения статуса адвоката указывает на незаконное использование (разглашение) информации доверителя. Кроме того, подп. 5, 11 и 12 п. 5 Требований к адвокатскому запросу нарушают также и право на неприкосновенность частой жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени, установленное Конституцией Российской Федерации.

Безусловно, позиция адвокатов выражает общее недовольство, связанное с установлением требований к адвокатскому запросу. Нельзя не согласиться с тем, что такие требования существенно усложняют работу каждого адвоката, поскольку для их соблюдения потребуется значительно больше времени и сил. Законодателю при формировании требований к адвокатскому запросу, возможно, следовало ограничиться сведениями об адвокате, получателе запроса, доверителе, а также описанием информации, которую необходимо представить в ответ на запрос, однако этого сделано не было.

Также можно заметить, что при принятии Приказа Минюста России от 14.12.2016 No 288 не были учтены некоторые интересы адвокатов и Федеральной адвокатской палаты в целом. Данный вывод можно сделать, анализируя отдельные положения Приказа Минюста России от 14.12.2016 No 288, которые идут вразрез с Кодексом профессиональной этики адвоката, принятым Первым Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003. Например, в силу п. 5 ст. 6 Кодекса профессиональной этики адвоката правила сохранения адвокатской тайны распространяются в том числе и на факт обращения к адвокату, включая имена доверителей. Таким образом, установленные к адвокатскому запросу требования не позволят адвокатам в полной мере соблюсти отдельные положения Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из вышеуказанного следует, что усматриваются противоречия между Приказом Минюста России от 14.12.2016 No 288 и Кодексом профессиональной этики адвоката. Вместе с тем надо иметь в виду, что Кодекс профессиональной этики адвоката является корпоративным документом и регулирует вопросы, связанные только с деятельностью адвокатов.

Как следует из п. 5 ч. 4 ст. 6 Закона об адвокатской деятельности, адвокат не вправе разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя. Таким образом, Приказ Минюста России от 14.12.2016 No 288 формально обязывает всех доверителей давать адвокатам согласие на разглашение сведений о них, что может рассматриваться как косвенное нарушение принципа неприкосновенности частой жизни, закрепленного в Конституции РФ.

Вместе с тем вышеуказанные доводы представляются спорными, поскольку ст. 17 Закона об адвокатской деятельности предусматривает ответственность адвоката только за незаконное разглашение информации. Кроме того, характер обращения доверителя к адвокату предполагает последующее обращение в судебные, правоохранительные или иные органы для выполнения адвокатом действий в соответствии с поручением доверителя. Разглашение информации о доверителе в ходе исполнения таких поручений не может рассматриваться как нарушение Конституции РФ, так как поручение доверителя по своему содержанию предполагает такое разглашение.

При этом довод адвокатов Николаева и Павлова о том, что включение в адвокатский запрос обязательных сведений, установленных Приказом Минюста России от 14.12.2016 No 288, повлечет необходимость раскрытия правовой позиции, весьма преувеличен. Сложно представить себе ситуацию, при которой в адвокатском запросе придется обозначить правовую позицию в такой мере, чтобы ее разглашение негативно отразилось на исполнении поручения доверителя.

Институт адвокатского запроса, безусловно, требует правового регулирования. Отсутствие четких критериев для адвокатов позволит им прибегать к адвокатскому запросу не в целях исполнения профессиональных обязанностей. Например, зачастую адвокаты готовы сделать адвокатский запрос не в интересах доверителя, а в интересах юридического лица или другого юриста. Как правило, такие лица сами представляют чьи-либо интересы, однако в силу отсутствия статуса адвоката не могут сделать такой запрос самостоятельно. Многие адвокаты за определенную плату готовы сформировать такой адвокатский запрос и, судя по всему, опасаются, что появилась возможность проконтролировать обоснованность адвокатского запроса.

Таким образом, если в адвокатском запросе не будет указываться информация о доверителе и целях использования запрашиваемых сведений, то адвокат сможет злоупотреблять имеющимся правом. При этом невозможно установить отсутствие злоупотребления состороны адвоката.

В связи с этим можно сделать вывод, что Закон об адвокатской деятельности требует некоторой корректировки для устранения правовой коллизии, но в целях снижения злоупотреблений со стороны адвокатов, безусловно, адвокатский запрос требует контроля и сохранения ныне действующего правового регулирования.

Арик ШАБАНОВ,
к. ю. н., управляющий партнер,
юридическая фирма Prime legal LLC,
г. Москва

Читайте также

Задать вопрос юристу:



Публикации
Юридические услуги онлайн